Скандинавский замок

Скандинавские сказки

       Сказки — это одновременно и детство народа и его зрелость. Тролли и эльфы, злые колдуны и добрые волшебники, домовые и черти… когда-то давным-давно в Скандинавии верили, что эти существа живут в дремучих лесах, туманных фьордах, и встреча с ними может изменить судьбу человека. Об этом слагалось множество удивительных, волшебных историй, которые остались в фольклоре Швеции, Финляндии, Дании, Норвегии, Исландии. Сказки этих стран весьма разнообразны и своими историями могут очаровать кого угодно.

Главная arrow А. Линдгрен arrow Карлсон, который живёт на крыше, опять прилетел - Карлсон не приведение, а просто Карлсон

Сказка Астрид Линдгрен
" Карлсон, который живёт на крыше, опять прилетел "
Карлсон не приведение, а просто Карлсон

       Этот вечер Малыш запомнит на всю жизнь. Фрекен Бок сидела на стуле и плакала, а Карлсон стоял в сторонке, и вид у него был смущенный. Никто ничего не говорил, все чувствовали себя несчастными.
       "Да, от такой жизни и вправду поседеешь раньше времени", - подумал Малыш, потому что мама часто так говорила. Это бывало, когда Боссе приносил домой сразу три двойки, или когда Бетан ныла, выпрашивая новую кожаную курточку на меху как раз в те дни, когда папа вносил деньги за телевизор, купленный в рассрочку, или когда Малыш разбивал в школе окно и родителям надо было платить за огромное стекло. Вот в этих случаях мама обычно вздыхала и говорила:
       "Да, от такой жизни и вправду поседеешь раньше времени!"
       Именно такое чувство овладело сейчас Малышом. Ух, до чего же все нескладно вышло! Фрекен Бок безутешно рыдала, слезы катились градом. И из-за чего? Только из-за того, что Карлсон оказался не привидением.
       - Подумать только! Эта телевизионная передача была уже у меня в кармане, - всхлипывая, сказала фрекен Бок и злобно поглядела на Карлсона. - А я-то дура, специально ходила к себе домой и рассказала все Фриде...
       Она закрыла лицо руками, громко зарыдала, и никто не расслышал, что же она сказала Фриде.
       - Но я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил, - сказал Карлсон, пытаясь хоть чем-то ее утешить. - И меня можно показывать в этом ящике...
       Фрекен Бок поглядела на Карлсона и злобно зашипела:
       - "Красивый, умный и в меру упитанный мужчина"! Да таких на телевидении хоть пруд пруди, с этим к ним и соваться нечего.
       И она снова поглядела на Карлсона сердито и недоверчиво... А ведь этот маленький толстый мальчишка и впрямь похож на мужчину...
       - Кто он, собственно говоря, такой? - спросил. она Малыша.
       И Малыш ответил истинную правду:
       - Мой товарищ, мы с ним играем.
       - Это я и без тебя знаю, - отрезала фрекен Бок и снова заплакала.
       Малыш был удивлен: ведь папа и мама вообразили, что у них начнется кошмарная жизнь, если только кто-нибудь узнает о существовании Карлсона, что все тут же захотят его увидеть и его будут показывать по телевидению; но вот теперь, когда наконец его увидала посторонняя женщина, она льет слезы и уверяет, что раз Карлсон не привидение, он не представляет никакого интереса. А что на спине у него пропеллер и что он умеет летать - на это ей, видно, наплевать. А тут как раз Карлсон поднялся к потолку и приняло снимать с абажура свои привиденческие одежды, но фрекен Бок посмотрела на него уже совсем свирепым глазом и сказала:
       - Подумаешь, пропеллер, кнопка... а что же не может быть у мальчишки в наше-то время! Скоро он будут летать на Луну, не начав ходить в школу.
       Домомучительница по-прежнему сидела на стуле и накалялась все больше и больше. Она вдруг поняла, кто стащил плюшки, кто мычал у окна и кто писал на стене в кухне. Это же надо додуматься - дарить детям такие игрушки, чтобы они летали куда им заблагорассудится и так бесстыдно издевались над старыми людьми. А все таинственные истории с привидениями, о которых она писала в шведское телевидение, оказались проказами сорванца. Нет, она не намерена терпеть здесь этого негодного маленького толстяка.
       - Немедленно отправляйся домой, слышишь! Как тебя звать-то?
       - Карлсон! - ответил Карлсон.
       - Это я знаю, - сердито сказала фрекен Бок. - Но у тебя, кроме фамилии, надо думать, и имя есть?
       - Меня зовут Карлсон, и все!
       - Ой, не зли меня, не то я совсем рассержусь, я и так уже на последнем пределе, - буркнула фрекен Бок. - Имя - это то, как тебя зовут дома, понимаешь? Ну, как тебя кличет папа, когда пора идти спать?
       - Хулиган, - ответил Карлсон с улыбкой.
       Фрекен Бок с удовлетворением кивнула:
       - Точно сказано! Лучше и не придумать!
       Карлсон с ней согласился:
       - Да, да, в детстве мы все ужасно хулиганили. Но это было так давно, а теперь я самый послушный в мире!
       Но фрекен Бок больше не слушала его. Она сидела молча, глубоко задумавшись, и, видимо, начинала постепенно успокаиваться.
       - Да, - сказала она наконец, - один человек будет от всего этого на седьмом небе.
       - Кто? - спросил Малыш.
       - Фрида, - горько ответила фрекен Бок.
       Потом, глубоко вздохнув, она направилась на кухню, чтобы вытереть пол и унести таз.
       Карлсон и Малыш были рады, что остались одни.
       - И чего это люди волнуются по пустякам? - сказал Карлсон и пожал плечами. - Я ведь ей ничего плохого не сделал.
       - Ну да, - неуверенно согласился Малыш. - Только понизводил ее немножко. Зато теперь мы станем самыми послушными.
       Карлсон тоже так думал.
       - Конечно, станем. Но я хочу немного позабавиться, а то не буду играть!
       Малыш напряженно выдумывал какое-нибудь забавное занятие для Карлсона. Но он зря старался, потому что Карлсон все придумал сам и вдруг, ни с того ни с сего, кинулся к шкафу Малыша.
       - Погоди! - крикнул он. - Когда я был привидением, я видел там одну толковую штуку!
       Он вернулся с маленькой мышеловкой. Малыш нашел ее в деревне у бабушки и привез в город.
       "Я хочу поймать мышку и приручить ее, чтобы она у меня осталась жить", - объяснил Малыш маме. Но мама сказала, что в городских квартирах мыши, к счастью, не водятся, у них, во всяком случае, мышей точно нет.
       Малыш пересказал все это Карлсону, но Карлсон возразил:
       - Мыши заводятся незаметно. Твоя мама только обрадуется, если вдруг, откуда ни возьмись, в доме появится маленькая нежданная мышка.
       Он объяснил Малышу, как было бы хорошо, если бы они поймали эту нежданную мышку. Ведь Карлсон мог бы держать ее у себя наверху, а когда у нее народятся мышата, можно будет устроить настоящую мышиную ферму.
       - И тогда я помещу в газете объявление, - заключил Карлсон. - "Кому нужны мыши, обращайтесь в мышиную ферму Карлсона".
       - Ага! И тогда можно будет расплодить мышей во всех городских домах! - радостно подхватил Малыш и объяснил Карлсону, как заряжают мышеловку. - Только в нее надо обязательно положить кусочек сыру или шкурку от свиного сала, а то мышь не придет.
       Карлсон полез в карман и вытащил оттуда маленький огрызок шпика.
       - Как хорошо, что я его сберег. После обеда я все собирался кинуть его в помойное ведро.
       Он зарядил мышеловку и поставил ее под кровать Малыша.
       - Теперь мышь может прийти когда захочет.
       Они совсем забыли про фрекен Бок. Но вдруг услышали какой-то шум на кухне.
       - Похоже, что она готовит еду, - сказал Карлсон. - Она грохочет сковородками.
       Так оно и было, потому что из кухни донесся слабый, но чарующий запах жарящихся тефтелей.
       - Она обжаривает тефтели, оставшиеся от обеда, - объяснил Малыш. - Ой, до чего же есть хочется!
       Карлсон со всех ног кинулся к двери.
       - Вперед, на кухню! - крикнул он.
       Малыш подумал, что Карлсон и в самом деле храбрец, если он отважился на такой шаг. Быть трусом Малышу не хотелось, и он тоже нерешительно поплелся на кухню.
       - Гей, гей, мы, я вижу, пришли как раз кстати. Нас ждет скромный ужин, - сказал Карлсон.
       Фрекен Бок стояла у плиты и переворачивала тефтели, но, увидев Карлсона, она бросила сковородку и двинулась на него. Вид у нее был угрожающий.
       - Убирайся! - крикнула она. - Убирайся отсюда немедленно!
       У Карлсона дрогнули губы, и он надулся.
       - Так я не играю! Так я не играю! Так себя не ведут! Я тоже хочу съесть несколько тефтелек. Разве ты не понимаешь, что, когда целый вечер играешь в привидение, просыпается зверский аппетит?
       Он сделал шаг к плите и взял со сковородки одну тефтельку. Вот этого ему не следовало делать. Фрекен Бок взревела от бешенства и кинулась на Карлсона, схватила его за шиворот и вытолкнула за дверь.
       - Убирайся! - кричала она. - Убирайся домой и носа сюда больше не показывай!
       Малыш был просто в отчаянии.
       - Ну, чего вы, фрекен Бок, так злитесь? - сказал он со слезами в голосе. - Карлсон мой товарищ, разве можно его прогонять?
       Больше он ничего не успел сказать, потому что дверь кухни распахнулась и ворвался Карлсон, тоже злой как черт.
       - Так я не играю! - кричал он. - Нет, так я не играю! Выставлять меня с черного хода!.. Не выйдет!
       Он подлетел к фрекен Бок и топнул ногой об пол.
       - Подумать только, с черного хода!.. Я хочу. чтобы меня выставили с парадного, как приличного человека!
       Фрекен Бок снова схватила Карлсона за шиворот.
       - С парадного? Охотно! - воскликнула она, потащила Карлсона через всю квартиру и вытолкнула его через парадный ход, не обращая никакого внимания на слезы и гневные вопли бегущего за ней Малыша. Так Карлсон добился своего.
       - Ну вот, теперь с тобой обошлись достаточно благородно? - осведомилась фрекен Бок.
       - Достаточно, - подтвердил Карлсон, и тогда фрекен Бок захлопнула за ним дверь с таким грохотом что было слышно во всем доме.
       - Ну наконец-то, - сказала она и пошла на кухню.
       Малыш бежал за ней, он очень сердился:
       - Ой! До чего вы, фрекен Бок, злая и несправедливая! Карлсон имеет право быть на кухне!
       Он там и был! Он стоял у плиты и ел тефтели
       - Да, да, меня надо было выставить через парадную дверь, чтобы я смог вернуться с черного ход и съесть несколько превосходных тефтелей, - объяснил он.
       Тогда фрекен Бок схватила Карлсона за шиворот в третий раз вытолкнула за дверь, теперь опять с черного хода.
       - Просто удивительно, - возмущалась она, - никакого с ним сладу нет!.. Но я сейчас запру дверь и он все же останется с носом.
       - Это мы еще посмотрим, - спокойно сказал Карлсон.
       Фрекен Бок захлопнула дверь и проверила, защелкнулся ли замок.
       - Тьфу, до чего же вы злая, фрекен Бок, - не унимался Малыш.
       Но она не обращала никакого внимания на его слова. Она быстро подошла к плите, на которой так аппетитно румянились тефтели.
       - Может, и мне наконец-то удастся съесть хоть одну тефтельку после всего того, что пришлось пережить в этот вечер, - сказала она.
       Но тут из открытого окна раздался голос:
       - Эй! Хозяева дома? Не найдется ли у вас двух-трех тефтелек?
       На подоконнике сидел довольный Карлсон и широко улыбался. Увидев его, Малыш не смог удержаться от смеха.
       - Ты прилетел сюда с балкончика?
       Карлсон кивнул:
       - Точно. И вот я опять с вами! Вы, конечно, мне рады... особенно ты, женщина, стоящая у плиты!
       Фрекен Бок держала в руке тефтельку - она как раз собиралась сунуть ее в рот, но при виде Карлсона застыла, уставившись на него.
       - Никогда в жизни не видел такой прожорливой особы, - сказал Карлсон и, сделав большой круг над плитой, схватил на лету несколько тефтелей и быстро сунул их в рот. Потом он стремительно взмыл к самому потолку.
       Но тут фрекен Бок как с цепи сорвалась. Она заорала не своим голосом, схватила выбивалку для ковров и, размахивая ею, погналась за Карлсоном:
       - Ах ты озорник! Да что же это такое! Неужели мне так и не удастся тебя выгнать?
       Карлсон, ликуя, кружил вокруг лампы.
       - Гей, гей, вот теперь-то мы позабавимся на славу! - крикнул он. - Так весело мне не было с тех пор, как папочка гнался за мной с мухобойкой! Я тогда был маленький, но помню, тогда мы тоже здорово позабавились!
       Карлсон метнулся в большую комнату, и снова началась бешеная погоня по всей квартире. Впереди летел Карлсон - он кудахтал и визжал от удовольствия, за ним мчалась фрекен Бок с выбивалкой для ковров, за ней еле поспевал Малыш, а позади всех скакал Бимбо, бешено тявкая.
       - Гей, гей! - кричал Карлсон.
       Фрекен Бок не отставала от него, но всякий раз, когда она уже готова была его схватить, Карлсон взмывал вверх, под самый потолок. А когда фрекен Бок начинала размахивать выбивалкой, ему всегда удавалось пролететь мимо, едва ее не коснувшись.
       - Эй, эй, чур, не бить по ногам, так я не играю! - кричал Карлсон.
       Фрекен Бок запыхалась, но продолжала подпрыгивать, и ее большие босые ноги шлепали по паркету. Она, бедняжка, так и не успела еще обуться - ведь весь вечер ей пришлось гонять по квартире. Она очень устала, но сдаваться не собиралась.
       - Ты у меня дождешься! - кричала она, продолжая погоню за Карлсоном.
       Время от времени она подпрыгивала, чтобы стукнуть его выбивалкой, но он только смеялся и набирал высоту. Малыш тоже хохотал до слез и никак не мог остановиться. От смеха у него даже заболел живот, и, когда все они в третий раз очутились в его комнате, он кинулся на кровать, чтобы хоть немножко передохнуть. Смеяться у него уже не было сил. но он все же стонал от смеха, глядя, как фрекен Бок мечется вдоль стен, пытаясь поймать Карлсона.
       - Гей, гей! - подбадривал ее Карлсон.
       - Я тебе всыплю за это "гей, гей"! - кричала, едва переводя дыхание, фрекен Бок. Она с остервенением размахивала выбивалкой, и в конце концов ей удалось загнать Карлсона в угол, где стояла кровать Малыша.
       - Ну вот, - воскликнула она с торжеством, - попался, голубчик!
       Но вдруг она издала такой вопль, что у Малыша загудело в ушах. Он перестал хохотать.
       "Эх, Карлсон попался", - подумал он.
       Но попался не Карлсон. Попалась фрекен Бок; большой палец ее правой ноги угодил в мышеловку.
       - Ой, ой, ой! - стонала фрекен Бок. - Ой, ой, ой!
       Она подняла ногу и в ужасе уставилась на странную вещь, вцепившуюся в ее большой палец.
       - Ой, ой, ой! - завопил уже Малыш. - Подождите, я сейчас ее раскрою... Простите, я этого не хотел...
       - Ой, ой, ой! - продолжала вопить фрекен Бок, когда Малыш помог ей высвободить палец и к ней вернулся дар речи. - Почему у тебя мышеловка под кроватью?
       Малышу было очень жаль мышеловки, и он сказал, запинаясь:
       - Потому что... потому что... мы хотели поймать нежданную мышку.
       - Но, конечно, не такую большую, - объяснил Карлсон. - Маленькую мышку с длинным хвостиком.
       Фрекен Бок покосилась на Карлсона и застонала:
       - Опять ты... Когда же ты уберешься отсюда в конце концов?
       И она снова погналась за ним с выбивалкой.
       - Гей, гей! - закричал Карлсон.
       Он вылетел в переднюю, а оттуда в большую комнату, а потом из нее в комнату Малыша, и снова началась погоня по всей квартире: в кухню и из кухни, в спальню и из спальни...
       - Гей, гей! - кричал Карлсон.
       - Ты у меня сейчас получишь "гей, гей"! - погрозила фрекен Бок, задыхаясь от быстрого бега.
       Она замахнулась выбивалкой и прыгнула что было сил, но, забыв в азарте погони, что сдвинула всю мебель к дверям спальни, споткнулась о книжную полку, стукнулась обо что-то головой и с грохотом рухнула на пол.
       - Все! Теперь в Нурланде снова будет землетрясение, - сказал Карлсон.
       Но Малыш в испуге кинулся к фрекен Бок.
       - Ой, вы не расшиблись? - спросил он. - Бедная, бедная фрекен Бок...
       - Помоги мне добраться до кровати... Будь добр... - прошептала фрекен Бок.
       И Малыш это сделал, вернее, попытался сделать. Но фрекен Бок была такая грузная, а Малыш такой маленький, что у него ничего не вышло. Но тут к ним подлетел Карлсон.
       - Один и не пытайся, - сказал он Малышу. - Я тоже хочу помочь ее тащить. Ведь самый послушный в мире я, а вовсе не ты!
       Карлсон и Малыш собрались с силами и в конце концов доволокли фрекен Бок до кровати.
       - Бедная фрекен Бок! - вздохнул Малыш. - Как вы себя чувствуете? Вам больно?
       Фрекен Бок ответила не сразу, словно собираясь с мыслями.
       - Мне кажется, у меня во всем теле нет ни одной целой косточки, - сказала она наконец. - Но болеть, пожалуй, ничего не болит... Вот только, когда смеюсь...
       И она так захохотала, что кровать под ней затряслась.
       Малыш с испугом глядел на нее - что это с ней такое?
       - Как хотите, молодые люди, но такая тренировка, как нынче вечером, не часто выдается, - сказала она. - И, боже праведный, до чего же это взбадривает! - Она энергично кивнула: - Мы с Фридой занимаемся гимнастикой по программе "упражнения для домашних хозяек". Теперь Фрида узнает, что значит бегать. Подождите-ка...
       - Гей, гей! - завопил Карлсон. - Ты прихвати с собой эту выбивалку и тогда сможешь гонять Фриду по всему гимнастическому залу и так взбодрить ее, что она своих не узнает!
       Фрекен Бок вытаращила на него глаза.
       - Ты еще со мной разговариваешь? Ты бы лучше помолчал да пошел бы на кухню и принес мне несколько тефтелек!
       Малыш радостно засмеялся.
       - Да, после таких прыжков появляется зверский аппетит, - сказала она.
       - Угадай, кто лучший в мире подносчик тефтелей? - сказал Карлсон, убегая на кухню.
       Потом Карлсон, Малыш и фрекен Бок, сидя на кровати, уплетали прекрасный ужин с таким аппетитом, что за ушами трещало. Карлсон принес из кухни полный поднос еды.
       - Я обнаружил яблочную запеканку с ванильным соусом. Кроме того, я прихватил ветчины, сыра, колбасы, соленых огурчиков, несколько сардин и кусочек печеночного паштета. Но, сказки на милость, куда ты засунула торт со взбитыми сливками? Его я не нашел...
       - У нас торта нет, - ответила фрекен Бок.
       У Карлсона дрогнули губы.
       - И ты полагаешь, что можно наесться тефтелями, яблочной запеканкой с ванильным соусом, ветчиной, сыром, колбасой, солеными огурцами да двумя жалкими крохотными сардинками?
       Фрекен Бок поглядела на него в упор.
       - Нет, - сказала она подчеркнуто спокойным тоном. - Но ведь есть еще и печеночный паштет.
       Никогда еще Малышу не было так вкусно. Малыш, и Карлсон, и фрекен Бок сидели рядком на кровати и жевали, глотали, и им было так уютно втроем! Но вдруг фрекен Бок вскрикнула:
       - Боже праведный, ведь Малыш должен быть изолирован, а мы притащили сюда этого малого. - И она указала пальцем на Карлсона.
       - Никто его не тащил, - сказал Малыш, - он сам прилетал. - Но все же Малыш встревожился. - Подумай, Карлсон, а вдруг ты заболеешь этой самой тиной?
       - Угу... угу, - промычал Карлсон, потому что его рот был набит яблочной запеканкой, и он не сразу смог заговорить. - Что мне какая-то тина!.. Эге-гей! Подумаешь! К тому, кто переболел плюшечной лихорадкой, никакая зараза не липнет.
       - Нет, все равно нельзя, - сказала фрекен Бок со вздохом.
       Карлсон проглотил последнюю тефтельку, облизал пальцы и сказал:
       - Что и говорить, в этом доме живут, конечно, впроголодь, но в остальном мне здесь хорошо. Так что я готов себя здесь тоже изолировать.
       - О боже праведный! - воскликнула фрекен Бок. Она поглядела на Карлсона, потом на пустой поднос. - После тебя мало что остается, - сказала она.
       Карлсон соскочил на пол и похлопал себя по животу.
       - После того, как я поем, остается стол, - сказа. он. - Единственное, что остается, - это стол.
       Потом Карлсон нажал свою кнопку, мотор заработал, и Карлсон полетел к раскрытому окну.
       - Привет! - крикнул он. - Теперь вам волей-неволей придется некоторое время обойтись без меня. Я тороплюсь..
       - Привет, Карлсон! - крикнул Малыш. - Тебе в самом деле пора улетать?
       - Так скоро? - печально добавила фрекен Бок.
       - Да, мне надо поторопиться! - крикнул Карлсон. - А то я опоздаю к ужину. Привет! - И он улетел.